Рейтинг:  5 / 5


Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Быстро же мы стареем,
барышня, черт возьми!
Что говорить с евреем
где-то часам к восьми,
если уже стемнело...
В Питере ночь бела,
город окаменелый
снегом сожжен дотла.
Храмы, дворцы, музеи,
воды, придонный ил.
Можно бродить, глазея
вечно среди могил.
Вот, например, Чайковский.
помнишь письмо фон Мекк?
Музыка, успокойся,
давней любви ремейк,
тусклая позолота
стёрта, зачем о ней...
Вот и могила Клодта -
автора тех коней.
Нарвских ворот навершье,
повод к триумфу, взлёт!
Питер ночной, зловещий,
впаянный в синий лёд.
Барышня, что там дальше,
сказывай, коль взялась,
не отражаясь даже
в бездне семитских глаз.
Медленно, по старинке
прядь убери со лба.
Опера в Мариинке
да в кабаках гульба?
Город обетованный,
русская злая жизнь.
Будешь у Иоанна,
к рученьке приложись,
выплачьcя у собора,
было? Скажи, не трусь.
Встретимся - тут же споры,
а разбежимся - грусть.
Снятся штыки, кокарды,
маузеры, вода.
Колюшка и блокада,
синего льда слюда.
Город сожженный, феникс,
сколько его ни жги,
невские воды, пенясь,
перетекут в шаги
барышни да еврея,
где-то часам к восьми.
Быстро же мы стареем,
Господи... черт возьми.

Лев Либолев

Для сведения: более ранние подборки стихов любимого многими автора можно почитать здесь и здесь.

Выбор читателя