Рейтинг:  5 / 5


Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Понимаю, что надо бы закончить красочную эпопею о ремонте, который мы с бабкой пережили в старой хрущёвке. Но это подождёт. Почему? Сегодня я прибирала в платяном шкафу. На самой нижней полке лежал небольшой сверток. Развернула - а в нём два бабкиных платья.

Я сидела над ними долго, наверно, минут пятнадцать. Просто сидела и ни о чём не думала. Почему? Сама не знаю. Странная, таинственная остановка, чудесное молчание, хрупкий ситцево-кримпленовый мир на моих коленях - наверно, такие минуты, когда ничего не происходит, тоже нужны в жизни. Знать бы только, зачем.

Оба платья были единого фасона, потому что их шила единственная на Вороньже портниха - косая, крашенная хной в нестерпимо-рыжий цвет Нинка Андреюшкина, обшивавшая все женское население в радиусе пятнадцати километров. Платья представляли собой прямые мешки длиной "ниже колен" с неизменным рядом пуговиц от треугольной горловины и не менее неизменными вытачками на груди. Одно было ситцевое, тёмно-синее, с голубыми розочками и белым узким кружевом по рукавам и подолу. Второе - ярчайшее кримпленовое, чёрное, с рассыпанными по нему фиолетовыми, красными, белыми, зелёными цветочками и горошками.

Я убрала платья туда, где они лежали - на нижнюю полку шкафа. Просто рука не поднялась выбросить или отдать кому-то - да их вряд ли надела бы сейчас даже самая небалованая старуха. А потом как-то сразу, вдруг, стало вспоминаться многое - не цельной картиной, яркими обрывками, кусками, бешеной крутящейся мишурой.

... Очередь за отрезами кримплена, в очереди - весь посёлок. Продавец дядя Миша грозно щёлкает ножницами на скандалящую бабку Жукову по прозвищу Сорока - не лезь без очереди, кримплену всем охота. Бабка, тоже стоящая в очереди, смеётся, и на её гребенке, воткнутой в волосы, так и переливается луч блестящего, нестерпимого летнего солнца. На полках магазина конфеты - "морские камушки" и леденцы "монпансье", они кажутся драгоценными камнями, их даже есть не хочется - только смотреть на таинственное мерцание.

... Утюг, забытый на подоле ситцевого платья и прожегший в нем коричневую дырищу. Мерзкий запах палёного по всей кухне. Заполошный крик прибежавшей из комнаты бабки. А потом, после сочных, соленых, злобных проклятий и матерков - долгое вдумчивое подбирание синей с белым тряпочки, ниток в тон, странное слово "починиваться" - оно кажется мне синим с чёрными полосками, с одной стороны ровным, а с другой - с оборванным краем.

... Празднично-яркий лоскуток кримплена, оставшегося от раскроя, с непривычно не лохматящимися краями - когда дома никого не было, я брала его, подходила к мутному зеркалу и прикладывала к юбке и волосам. Мечталось - вырасту, куплю целый отрез или даже два, и Нинка Андреюшкина сошьёт платье до пола с пуговицами из настоящего перламутра. Я пойду по улице, и все будут оглядываться, а старухи на лавочках хвалить и качать головами - ох и хороша одёжка! Потом в этом платье я сяду на качели, а они будут не простые - вместо веревок золотые цепи, а в каждом звене цепи по огромному драгоценному камню...

Забыв обо всём, в том числе и об уборке, я сидела на стуле, и воспоминания сыпались на голову, как горох из мешка.

... Бабка моя, бабка. Я знаю, что есть загробная жизнь - точно знаю, и есть рай, только не тот, стерильно-белый, с арфами, крылатыми ангелами и кудрявыми овечками. Он у каждого свой, и мой рай не будет похож на твой. Но, наверно, однажды я пойду куда-то, и постучу в деревянные ворота с крашеной зелёным калиткой. По бокам краска облупилась, и видны серые от времени доски. И мне отворят, может быть, немного поворчав для порядка, и я пойду к старому деревянному дому - старому, но крепкому, и у крыльца будет расти кривая дикая яблоня.

И ты встретишь меня на пороге.

И я отдам тебе свёрток, в котором будут два платья - синее, с голубыми розочками, ситцевое и ярчайшее, неизносимое кримпленовое.

Я обязательно приду.

Только ты дождись, ладно? Не уходи ни в какой райский магазин за подсолнечным маслом и мятными конфетами.

Бабка, ты понимаешь, как важно, чтоб тебя дожидались? Ты понимаешь, что это значит, когда тебя есть кому встретить, пусть даже и не в твоем раю?

Я приду, только не знаю, когда...

Платья там и лежат, где лежали. На нижней полке в платяном шкафу. Ситцевое и кримпленовое - два кусочка мира, ушедшего вместе с тобой...

Не знаю, что скажет на сей раз старая тетрадь. Сейчас посмотрим.
 
Приоткрыв осторожно окошко,
Слышит девушка, будто во сне -
Где-то тихо играет гармошка,
Заливаясь в ночной тишине.
Пусть и музыка эта знакома,
Только твёрдо решила она -
Пусть он ходит всю ночь возле дома,
Пусть он ходит всю ночь до утра.
Он игрою своею задорной
По ночам может всех разбудить -
Но характер ее непокорный
Той гармошкой никак не сломить.
Вот идет он дорожкой вдоль сада,
Не спускает восторженных глаз.
Знает девушка, знает, что надо
Пареньку-гармонисту в тот час.
Приоткрыв осторожно окошко,
Погасила девчонка огонь -
И забилося сердце у парня,
И в руках замолчала гармонь...

Вера Кузьмина

Фото - Вадима Андреева

Выбор читателя