ВОЙНА И МИР РЕБЁНКА

2 нед. 2 дн. назад #1596 от oleg
«Детство, опалённое войной» - от частого употребления этого...

«Детство, опалённое войной» - от частого употребления этого очень точного по сути выражения как-то неуловимо поистёрлось драматическое наполнение жизни целого поколения. Рассказ Бориса Ивановича Коровина о своих детских годах и самых ярких детских впечатлениях, надеемся, вернёт прежнее звучание ставшим уже привычными словам.


Итак, слово нашему земляку:


- Родился я в 1933 году в городе Мезени в семье служащих. Отец, Иван Степанович Коровин, был председателем Мезенского райисполкома, а мама, Александра Ивановна Коровина, работала секретарём в районной газете «Маяк коммунизма».

Я был самым младшим из троих детей в семье. Будучи человеком партийным, отец не мог не подчиняться партийной дисциплине. А в те годы – в целях укрепления советской власти – партийцев нередко «перебрасывали» на другие участки работы. Так что в Мезени я прожил лишь первый год – отца перевели в Архангельск. За год до начала Великой Отечественной войны состоялся очередной переезд нашей семьи - в райцентр Карпогоры (тогда Карпогорский, а сейчас Пинежский район) Архангельской области на родину отца. В Карпогорах и застало нас известие о войне с Германией.

Трудно сейчас передать до мелочей атмосферу того времени, но детское восприятие сохранило тревожное ощущение: что-то резко и страшно изменилось в жизни, в поведении людей. Не стало слышно громкой музыки и песен их сменили рыдания, особенно когда провожали мобилизованных на фронт. И мы, мальчишки того поколения, поняли, что это страшное может коснуться нас, наших родных и близких, знакомых и незнакомых – всех советских людей. Мы как-то сразу повзрослели, стали собраннее, дружнее, а в детских военных играх серьёзно делились на немцев-фашистов и наших. Понятно, что «фашистом» никто не хотел быть, даже понарошку.

В воскресенье 22 июня мы с отцом очень рано ушли в Ваймушу, его родную деревню, где и узнали о начале войны. С этого дня мой отец был мобилизован райвоенкоматом, но на фронт его не отправили. Как военный в недавнем прошлом, он сопровождал колонны мобилизованных на фронт на пароходе «Курьер» или пешим ходом до Архангельска.

Порученное дело отец, разумеется, исполнял добросовестно, но дважды подавал заявление добровольцем - райком его не отпускал. И возраст сыграл свою роль (в 1941 году отцу исполнилось 50 лет), и отличное знание (ещё с гражданской войны на Севере) мест по реке Пинеге от её истоков до устья: не исключалась возможность высадки вражеских десантов в лесные районы. Тыл ведь – понятие довольно условное в военное время. Потому отец часто и подолгу пропадал в командировках по территории района и области.

Воспоминания военных лет самые, пожалуй, грустные. Проводы на фронт всегда сопровождались плачем, слезами жён, детей, родных. Через село Карпогоры почти ежедневно шли мобилизованные. Они останавливались у райвоенкомата, райкома партии и на перекуре «угощали» нас, собравшихся пацанов, папиросой, махоркой или самокруткой из самосада. Да мы и сами собирали брошенные окурки и убегали недалеко в ямы фундамента заложенного до войны районного Дома культуры и там курили, задыхаясь и кашляя до слёз. Наверно, чтобы казаться взрослее, что ли… После войны на курение и не тянуло – видать, я действительно повзрослел.

Не помню, чтобы мы, что называется, пухли с голоду, но есть хотелось постоянно. В летние месяцы было как-то попроще: собирали на лугу щавель (у нас его называли «кислица»), целыми охапками рвали борщовки-«пучки», которые с удовольствием поедали. Но одной травой сыт не будешь, потому приходилось совершать набеги на охраняемые колхозные поля. Чтобы перебить страх, называли эти набеги «военными вылазками», с соблюдением всех мер секретности набивали карманы и пазухи горохом или репой и тихонько уходили. А потом добросовестно отрабатывали свои «военные трофеи», наравне с колхозниками заготавливая сено или убирая картошку. Нормы выработки были вполне взрослыми и для нас, младшеклассников.

Запомнились соревнования между классами по сбору колосьев ячменя или ржи с колхозных полей, сбор птичьего помёта и древесной золы. Вместе с взрослыми помогали рабочим убирать лес по берегам реки Пинеги во время молевого сплава. Вот такими, иногда хулиганистыми, иногда увлечённо работающими, и росли мы, дети военных лет.

Школа, куда я поступил в сентябре 1941 года, сохранилось и до сих пор. Небольшое здание находилось в верхнем конце села, рядом с дорогой, по которой проходили к райвоенкомату колонны мобилизованных. И мы всем классом выбегали их провожать, махали руками на прощание. В те дни часто не хватало по списку учеников: оставались дома провожать родителей или кого-нибудь из родных и близких.

Первая учительница была Анастасия Андреевна Ожегова (по мужу Холинова). Какое умение, терпение и выдержку надо было иметь ей, чтобы нас, неусидчивых первоклассников, научить грамоте, добру и разуму в то трудное военное время! И за это Анастасии Андреевне добрая, благодарная память от бывших учеников.

В нынешнем сентябре исполняется 78 лет, как мы, первоклассники первого военного года, пришли за знаниями. За эти годы жизнь у каждого сложилась по-разному, но с некоторыми одноклассниками удалось наладить связь.

Война изменила жизнь и в нашей семье. Отец почти всё время находился в командировках по Карпогорскому  и другим районам Архангельской области. Каждый раз из поездки по нашему району отец привозил каких-нибудь продуктов, рыбы или птицы. А когда он стал ездить по всей области, продуктовая помощь иссякла. И мама, чтобы прокормить нас с братом, свои городские платья и одежду обменивала на еду в  деревнях Кеврола и Немнюга, расположенных недалеко от Карпогор.

Работала мама секретарем в приёмной Ивана Ефремовича Ропотова, директора Карпогорского леспромхоза, и мы с братом, как дети служащей леспромхоза, получали хлебные карточки, да вдобавок обменянные на мамины платья картошка и продукты давали нам возможность особого голода не испытывать.

А вот сама мама трудилась на износ: целыми днями с утра до позднего вечера, составляя сводки, отчёты о работе леспромхоза и списки всех рабочих и иждивенцев на получение продуктовых карточек и другой помощи. Видно, эта изнурительная и беспокойная работа без отдыха и повлияла на здоровье мамы – она получила «нерабочую» группу инвалидности.

В конце 1944 года меня с мамой и братом Владимиром перевезли на лошади за 100 километров от Карпогор, в село Сура. Отец, получивший направление на работу в Сурский леспромхоз, приехал туда раньше и встретил нас в уже приготовленной квартире. И хотя мы прожили там только 2,5 года, масса новых впечатлений и интересных встреч потрясли моё привыкшее ко многим изменениям подростковое мировоззрение.

Очень нравилось мне пробежать за 5 минут легко одетым, даже зимой, по двору мимо сохранившегося Успенского собора Сурского монастыря, в двухэтажное кирпичное здание школы. Действительно, ноги сами в школу несли, ведь у нас были прекрасные учителя: Мария Максимовна Дурынина – преподаватель русского языка и литературы, классный руководитель, Владимир Андреевич Дорофеев – преподаватель арифметики, Александра Николаевна Яковлева – преподаватель истории. Да и весь коллектив учителей сурской неполной средней школы отличался вниманием и заботой к каждому ученику. Особо хочу отметить исключительно дружеские отношения среди учеников школы. Я не помню ни одного случая ссор и драк между мальчишками. Ну, а к девочкам всегда было уважение «рыцарей» и такое взаимопонимание способствовало учёбе, дисциплинировало и настраивало на настоящую дружбу.

Долгожданную весть об окончании войны наша семья встретила в селе Сура. Какой это был взрыв всеобщего ликования, радости и гордости – день ПОБЕДЫ! Люди плакали, обнимались, целовались, изливали своё горе и печали, нанесённые войной, любому встречному. И надежда на благополучную счастливую жизнь так и светилась на лице каждого жителя Суры. Ведь победили же! Такой страшной ценой – но победили!

Всенародное торжество очень положительно влияло и на наши ученические умы. Я стал успешнее учиться, легко усваивал школьную программу по всем предметам, но предпочтение отдавал русскому языку и литературе, истории и географии. Очень много читал разных книг, научился играть в шахматы. Зимой занимался лыжами, а летом с братом ходили в лес за ягодами и грибами, ловили рыбу на Пинеге, хотя было и далековато от дома.

В общем, годы, прожитые в Суре, очень плодотворно повлияли на моё всесторонне развитие и, я с благодарностью вспоминаю тех сурян, с кем пришлось учиться, дружить, встречаться в те далёкие, но такие близкие в памяти, незабываемые годы.

Прошло уже несколько десятилетий, но память сохранила события тех лет, где ярко проявились прекрасные качества русского характера: умение стойко переносить невзгоды и лишения и если веселится, то от души, с песнями и плясками, с гордостью за великий народ, который вышел победителем из этой самой жестокой и кровопролитной войны XX века.

Фото с сайта arkhangelsk.spravedlivo.ru 

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Работает на Kunena форум
Выбор читателя