Рейтинг:  3 / 5


Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

«- Наш сотрудник спас ребёнка. Вам интересно сделать о нём репортаж? – Ммм… Это, как бы, неформат. Вот если бы вы предложили сюжет, где сотрудник убил человека, мы бы взяли».

Это фрагмент разговора руководителя пресс-службы силового ведомства с журналистом одного известного федерального СМИ. Поскольку диалог мне пересказали в частной беседе, названий ведомства и федеральных СМИ называть не стану. Но, ручаюсь, что вопрос так и был поставлен на самом деле. И, судя по событиям этой недели, подобные диалоги происходили не раз и не два, и по всей стране.

Словом, доигрались масс-медиа в гонки за рейтингами на крови. Теперь её столько, что и не надо гоняться за историями о «сотруднике, который убил человека». Вон, прямо в школу заходи, там уже дети режут друг друга.

Напомню для тех, кто на этой неделе не следил за новостями.

В понедельник, 15 января, двое подростков напали на учеников школы № 127 в Перми. Они ранили 14 ребят из 4-го класса и несколько раз ударили ножом учителя. После этого нападавшие попытались убить друг друга.

Через пару дней, в среду, в школе Челябинской области возник конфликт между двумя девятиклассниками. В ходе ссоры один из подростков ударил ножом другого.

Пятница, 19 января - в Улан-Удэ девятиклассник, вооружившись топором и бутылкой с зажигательной смесью, атаковал школу. Закинул в класс «коктейль Молотова» и начал бить выбегавших детей. В результате пострадали семь человек, в числе которых учитель и сам нападавший.

Я не специалист, чтобы давать оценки произошедшему, и тем более делать какие-то выводы (при желании вы можете найти в интернете мнения и комментарии людей более компетентных – от психологов и социологов до депутатов). Но я скажу о том, в чём сам  разбираюсь  – о работе средств массовой информации.    

Параллельно с событиями в российских школах на этой неделе я наткнулся в интернете на запись программы «Звезда на «Звезде». Гость в студии - легенда отечественного телевидения Анна Шатилова. Среди множества интересных фактов ведущий программы Александр Стриженов и его реально звёздная собеседница затронули тему самых популярных «героев» современных ток-шоу. Приведу небольшой фрагмент диалога:   

«Шатилова: Все космонавты у нас [были в гостях на телевидении] <…> герои соцтруда, народные артисты, режиссёры… Все лучшие люди - на «Шаболовке». Героев труда, рабочих зрители узнавали на улице. Потому что их очень часто приглашали.

Стриженов: А сейчас - в лучшем случае поп-звёзды, а в худшем героями становятся очень сомнительные персонажи.

Шатилова: Это ужасно. Я не знаю, почему это так долго продолжается». 

Конечно, сегодня подростки в подавляющем большинстве не смотрят телевизор. Поэтому закономерен вопрос: что объединяет кошмарные школьные события и «телегероев» нынешней недели? Всё просто. Родители юных "гангстеров". 

Вы когда-нибудь обращали внимание, как люди меняют людей? Даже когда общаются взрослые сформировавшиеся личности. У них есть внутренний стержень, устоявшееся представление о мире, чёткие ценностные и моральные ориентиры, но всё равно при длительном общении люди черпают друг у друга модели поведения. 

А что говорить о детях и подростках, которые как губка впитывают слова родителей, их друзей, старших родственников? Они просто автоматически копируют поведение взрослых.  

И если нет героев без кавычек у родителей, которые буквально нашпигованы телевизором, прессой, интернет-СМИ, – получите беспредел от детей.  

Возьмём пример с теми же учителями. Как правило, СМИ о них вспоминают от случая к случаю: 1 сентября, День учителя или профессиональный конкурс «Учитель года». И, конечно, в таких случаях, как события этой недели - в сопровождении сотен слов, фотографий, видеозаписей, транслирующих жестокость во всех её подробностях.   

«Может ли сегодня быть по-другому? Изменится ли что-то, если работать с информацией иначе? И если да, то, каким образом?» - спрашиваю я себя.  

В общем инфопотоке я обратил внимание на пример депутата Государственной думы Ярослава Нилова. Он рассказал, что когда учился в Тольятти, в одной из школ города в 1994 году произошел вопиющий случай. Ученик убил молотком свою учительницу (из-за того, что она поставила ему плохие оценки) и её дочь (как свидетельницу).

«Но этот инцидент стал известен очень узкому кругу лиц, и подобных убийств в городе, области, других регионах не повторилось – по крайней мере, такой информации нет», - говорится в тексте, обнародованном пресс-службой депутата.

«Именно распространение информации через СМИ, телевидение, Интернет является мощным катализатором, неким «руководством к действию» для людей с нестабильной психикой», – делает вывод Нилов.

Приводя этот пример, я не хочу сказать, что трагедии надо замалчивать. Наоборот. Разбираться в причинах – да. Непременно искать виновных и ответственных. Обсуждать меры, чтобы подобное не повторилось – обязательно.

Но, простите, я не понимаю: зачем широкой аудитории нужна информация (в заголовках новостей!) о том, сколько ударов ножом нанесли учительнице, спасавшей детей в Перми? Что если бы их было не 17, а пять или три… её героизм бы обесценился?

В итоге на этой неделе после первой инфоволны мы получили ещё две трагедии. И вновь пошли звонки от «телефонных террористов»: якобы заминированы учебные заведения в Перми, Железногорске (Красноярский край), Мордовии, Архангельске. К счастью, сообщения оказались ложными.    

Выбор читателя