Рейтинг:  5 / 5


Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Любить такую форму отчётности ведомств, как пресс-конференция, дело, как говорится, сугубо личное.

Я вот, например, «прессухи» всегда с удовольствием посещаю. Досадно порой наблюдать, как драгоценные коллеги, что называется, с трудом «на номере отбывают», полагая пресс-конференции простой озвучкой ведомственной цифири. А интерес проявляют лишь тогда, когда получают ответы на интересующие их вопросы.

Однако и «озвучка цифири» может происходить по-разному. Вот, к примеру, кусочек из материалов официального пресс-релиза «О результатах работы прокуратуры Архангельской области  по защите прав и законных интересов граждан, укреплению законности и правопорядка в 2017 г. и задачах на 2018 г.»:

«Выявлено около 900 нарушений закона при осуществлении надзора за реализацией государственных и муниципальных программ, для решения вопроса об уголовном преследовании в следственные органы направлено 36 материалов прокурорских проверок, по ним возбуждено 27 уголовных дел».

А вот как «озвучивает» в ходе пресс-конференции эту ведомственную статистику прокурор Архангельской области Виктор Наседкин:

- Реализация государственных и муниципальным программ – это обширное поле деятельности для нечистых на руку граждан. Столько порой к этим «рукам» прилипает…

Вспомнить хотя бы программу развития малого и среднего бизнеса – ужаснётесь, узнав, что разворовано на различных этапах более 30 миллионов рублей. До сих пор расследуются уголовные дела – слишком велик объём работы.

Приведу ещё ряд цифр официальной статистики.

В 2017 г. сохранилась тенденция к снижению числа рассмотренных с участием прокуроров судами уголовных дел – 6761 дело в отношении 7661 лица. При этом определенные в предыдущие годы задачи в работе на уголовно-судебном направлении дали реальные результаты: значимо снизилось число лиц, в отношении которых дела прекращены по нереабилитирующим основаниям (с 23,2 % до 17,2 %); возрос удельный вес дел, рассмотренных в общем порядке (с 34,1 % до 46,6 %), а также дел, возвращенных по ходатайствам государственных обвинителей для предъявления более тяжкого обвинения (с 8 до 18); втрое выросло число вынесенных судами по ходатайствам государственных обвинителей частных постановлений об устранении причин и условий, способствовавших совершению преступлений.

А вот как прокомментировал Виктор Анатольевич Наседкин вышеприведённые данные:

- Прекращение дел по нереабилитирующим основаниям – тема не новая, с 2015-го года над ней работаем и снижение достигнуто существенное: с двадцати трёх до семнадцати процентов. Но основная проблема до сих пор пока не решена. В чём она заключается: зачем доводить до суда те дела, по которым имеются весомые основания для прекращения? Почему на стадии следствия не прекратить? Ведь день работы суда немалых денег стоит. Прокуратура считает, что с этой практикой прекращения дел по нереабилитирующим основаниям в судах надо  заканчивать – в целях экономии и времени, и финансовых средств.<…>

Насчёт особого порядка рассмотрения дел – вы все, полагаю, в курсе, как это происходит: если виновный полностью признаёт весь вменяемый ему объём, активно сотрудничает со следствием, он вправе ходатайствовать о рассмотрении дела в особом порядке. То есть, без исследования и оценки доказательств, достаточно лишь признания подсудимого.

Однако особый порядок подразумевает и поощрение – назначение более мягкого наказания, существенного порой снижения срока. На мой взгляд, при рассмотрении ходатайства об особом порядке необходимо учитывать характеристики личности. Если у человека за спиной солидный уголовный опыт, то особого порядка рассмотрения он не заслуживает.

Тут ведь ни раскаянья, ни стыда – один практицизм: человек, обладающий специфическим опытом, прекрасно понимает, что доказательствами следствие располагает неопровержимыми, потому комедию в суде ломать непрактично. Гораздо проще вину признать – «в обмен» на сокращение срока наказания. С подобной «признательной» позицией я в большинстве случаев категорически не согласен. Ведь примерно одна треть от всех преступных деяний рассматривается судами в особом порядке.

Повторюсь – не все достойны «особого рассмотрения», потому наша «карательная практика» (реальное лишение свободыприм.ред.) составляет 45%. Именно с учётом личностных характеристик подсудимого.

Если считать, что основная задача прокуратуры – как можно больше «посадить», то неверным будет такое суждение. Соблюдение прав осуждённых и подследственных никто из прокурорских задач не исключал. Нашим прокурорам удалось в довольно короткие сроки существенно разгрузить следственные изоляторы – за счёт более активного применения такой ограничительной меры, как домашний арест. Если в 2015 году таких случаев было всего 4, то за минувший год домашний арест применялся более чем в 200-х случаях.

Ну, и ещё о приятном росте: органами прокуратуры на основании публикаций в СМИ проведено 465 проверок (в 2016 году таковых было 339, так что рост составил 37,2%). Не пропал втуне и журналистский труд: сотрудниками прокуратуры выявлено в ходе проверок изложенных в СМИ фактов 328 случаев нарушения законодательства, принято 234 мер прокурорского реагирования, в том числе возбуждено 22 административных производства и 10 уголовных дел.

Так что традиционное пожелание прокурора Архангельской области – крепить деловое сотрудничество творческого и прокурорского сообществ – не просто вежливое завершение официальной части пресс-конференции. Как видим, от такого делового союза общество только выигрывает.

А далее, столь же традиционно, перешли к вопросам-ответам.