Рейтинг:  5 / 5


Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Очередная зарисовка из жизни на другом краю географии от нашего австралийского собкора Галины Лазаревой. Эта новелла из греющей душу серии непридуманных рассказов под общим наименованием "Дунька в Утконосии".

***

А ведь мы всего лишь проходили мимо.

То есть это мы думали, что просто проходили мимо. Мало ли что мы себе думали. А Утконосия тем временем решила сделать отчаливающей завтра в родные московские пенаты дочке – царский подарок.

Ну и мне заодно.

Дочь, говорю, ты устала после тренировки, я устала просто так, но зверски, ну нафига нам сдался этот коктейль-бар, до которого еще тащиться полчаса, а потом тащиться оттуда пьяными – может, прям вот туточки где-нибудь присядем, ну есть же тут что-нибудь, ну вот я смотрела, вроде какой-то паб с живой музыкой по понедельникам, давай туда, да вот же он прямо напротив...

Мы не вошли – мы вдавились внутрь: в маленьком помещении было не продохнуть и не повернуться. У самого входа стоял тот самый, из детства и заколдованного мальчика, боцман Розенбом, не деревянный, старенький, - целёхонький, в пушистой кипенно-белой бороде, с айфоном в одной руке и кружкой пива в другой. Боцман бодро отбивал ногой ритм, пиво изображало семибалльный шторм, но кружку покидать всё ж таки опасалось. Оно, в отличие от нас, чётко знало свое предназначение.

Farewell to yer bricks and yer mortar farewell to yer dirty lime
Farewell to yer gangway and yer gangplank and to hell with yer overtime
The good ship Ragamuffin is lying at the quay
For to take a man with a shovel on his back to the shores of Botany Bay

Там, внутри – пели песни. Не просто песни – а старинные, мореманские, про корабли, паруса и шторма, китов и пиратов, йо-хо-хо и бутылка чего нальют, если очень повезёт, то и рома; малютка Дженни из борделя, капитан, мы идем ко дну, буль-буль, нас везут в Ботани Бэй, прощай старушка Англия, подлая ты скотина...

Под тренькание какой-то доморощенной версии укулеле, под хмельком, с приплясом, на голоса, забывая слова и заливисто хохоча, подмигивая восторженно поскуливающим девицам, на пару часов забыв о странном мире, который сами же и выстроили за бортом – мужики, скорее всего, ни разу не нюхавшие «того самого» моря, пели грубые, мужские, ядреные, абсолютно неполиткорректные песни. Молодой коренастый бармен подпевал, подскакивал за стойкой, успевал в пять точек разом, поил страждущих, не проливая ни капли – гены.

Австралия, милая ты моя, я-то думала, это у тебя только в дальних долбенях, там, где иначе не выжить, ещё дышит, да и то на ладан – а оно вот значит как! и ведь все, кроме Розенбома, молодые – не старше сорока. Ну что ж, поёшь - значит, помнишь. Значит, живая ещё твоя душа, не укатали ещё до смерти в тойотах да мерседесах, не закопали в бумажках, не утопили в мутной банковской цифири...

Молодца, так держать.

В уголку рядом с нами притулились две неожиданные в таком месте тетушки: лет под 60, с лиц легко считывается биография: муж-трое детей-офис-пенсия-церковный хор по воскресеньям. Тоненькими голосами подтягивают в квинту, не отрывая глаз от бунтующего в двух шагах от них концентрированного, цис(простите великодушно)гендерного, буйного разгула.

Ох - облизав губы и привычно потупив глаза, умилённо выдыхает одна, - Весь этот тестостерон – он так утомляет!

Ну, не знаю. Кого, может, и утомляет, а кого и радует! Тетушка, впрочем, утомлённой тоже не выглядела, ну нисколечко.

В какой-то момент я очнулась и вспомнила про достижения современной техники, от которой, в конце-то концов, должна быть хоть какая-то польза, и выхватила смартфон: ну видео же, ну хоть как-то уловить, удержать, зацепить, пусть темно, пусть кое-как, но...

Розенбом бдил.

- Туристка?

Спрошено было грозно, по-боцмански, но борода снисходительно и улыбчиво топорщилась – улыбку разглядеть было невозможно, она жила где-то там, под белоснежным водопадом.

- Нет, говорю. Я здесь живу. Просто у меня много друзей в другой, моей стране, и я очень хочу показать им, за что я люблю Австралию. И какую Австралию я люблю.

Розенбом уместил пиво и айфон в одну мощную ладонь и протянул мне вторую:

- Том. Просто Том. А страна-то какая? Россия? А-бал-деть. Так, ты должна нам немедленно спеть про «Volga-matushka».

- Ну нет, Том, ну это же не морская песня, выбьемся из тематики.

- Как это не морская?!- возмутился Розенбом. Волга – это река? река. В море впадает – впадает. Значит, морская. И не спорь. Пой лучше давай.

- Нет, говорю, не готова вот так сразу, да и фиг вас переорёшь в одиночку. В следующий раз. Каждый понедельник, говоришь? Я теперь сюда часто буду ходить и друзей приведу. Тогда, если захотите – споём на брудершафт. Ребятам должно понравиться. А теперь иди, спой нам сам что-нибудь, а?

И Розенбом запел.

Галина Лазарева

Фото - Катерины Александровой

Выбор читателя