Известно, что во время Отечественной войны 1812-го года было допущено так много стратегических ошибок, что все были уверены — поражения не избежать. И тот факт, что Наполеон Бонапарт и его армия бежали, вообще, удивителен, если учитывать, как проходила оборона российских рубежей. Многие утверждают, что Михаил Кутузов выбрал ошибочную тактику. Но верховным главнокомандующим тогда был сам император Александр Первый. Неужели все погрешности военной кампании против французов допустил именно великий полководец?
Первоначальный план оборонительной войны
Российское командование решило, что нужно перекрыть все возможные пути продвижения наполеоновских войск по западным границам. Но не общими усилиями объединенных частей армии, а разрозненными фронтами. Так, основные силы, порядка ста тысяч человек, которыми командовал отважный Барклай-де-Толли, находились на литовской территории.
Сорокатысячная армия прославленного Багратиона расположилась на белорусских землях. И третья часть военных сил, которой руководил Тормасов, с такой же численностью, занимала позицию в районе Волыни. Но Россия отлично знала, что Наполеон воевал, используя древний принцип — «разделяй и властвуй». Поэтому он с легкостью бы разбил разрозненное русское ополчение.
Оказалось, что гениальная задумка о разделении сил принадлежала вовсе не Михаилу Кутузову, а генералу Пфулю, военному советнику из Пруссии, который охотно перешел на российскую службу. Согласно его стратегическому плану, именно вторая армия, которая насчитывала сорок тысяч солдат, должна была вести наступательные действия в адрес противника. В то время как основные силы в это время находились в лагере, расположенном в месте слияния двух европейских рек — Западной Двины и Дриссы. Кроме того, пока Бонапарт переходил воды Двины, перед второй армией вставала непосильная задача — встать грудью перед мощью врага, пока сто тысяч человек прячутся за укрепленной крепостью и ждут своего часа.
Но французский император мог приказать войскам без всяких препятствий пройти мимо Рисских укреплений с тыла. Плюс удачная переправа вражеских частей через реку прижала бы русских к Двине, в районе которой переправиться было проблематично. Получается, что наша армия оказалась бы зажата со всех сторон. И результатом могла стать скорая капитуляция.
Бородино истощило силы русской армии
Александр Первый согласился на провальный план прусского генерала. Однако наши высшие чины вовремя надавили на Пфуля, указали царю на неизбежное поражение, и позиция Дрисского лагеря была пересмотрена.
Кроме того, многие исследователи полагают, что именно Бородинское сражение в дальнейшем стало крупной ошибкой военачальников. Силы отечественной армии значительно уменьшились, а боевой дух практически сошел на нет.
Кутузов дал сражение у Бородино в том числе и потому, что боялся деморализации армии. Если бы отступили дальше и сдали Москву без боя, моральный дух войск увеличился бы?